Утренний туман в очередной раз лёгким маревом покрыл узкие улочки Уайтчепела. В дымке поодаль растворяются силуэты бродяг, которые в пьяном бреду мурлычут себе под нос непристойные песни, мусор и грязь отражаются в спокойных лужах. Уже не слышны и крики медленно умирающих господ, зачем-то решивших ступить во мраке уже уходящей ночи в тень кривых улочек и грязных канав. Полицейские в этот район даже и не сунуться — здесь правят банды, и это их дело, как поступать с насильниками, грабителями и убийцами ведь, подчас, это они и есть. Но есть здесь и те, кто стоит вне этого порочного круга насилия и невежества, он прячется в тени и до определённого момента не будет вмешиваться, ведь его путь по дороге жизни кардинально отличается от путей тех, кто уже смирился с данностью или принял её и вовсю пользуется своим положением ради собственного блага.
Лёгкий шорох бархата выдаёт в затаившемся человеке если не богача, то человека при деньгах, а случайный блик инкрустированного алмазами оружия мог бы многое сообщить его жертве, занимающей далеко не последнее место в иерархии Ордена Тамплиеров, если бы та обращала внимание хоть на что-то, кроме собственного самодовольства. Два лёгких взмаха руки ассасина, уже начавшего движение сквозь дымку тумана, и неотёсанная охрана тамплиера падает в грязь, внося в грязный рисунок медленно разрушающихся стен багряные цвета. Скрип одной балки, другой — ассасин точно кошка преодолевает десяток метров без лишнего шума и обрушивается на жертву почти сотней килограммов мышц или остриём стали скрытого клинка. Быстрая смерть.
Каждый концепт-арт по игре Assassin’s Creed. Syndicate — это маленькая история, которая могла бы произойти, и скорее всего произошла, в этой игре, в процессе одной из миллионов игровых сессий, в процессе прохождения её миллионами геймеров по всему миру. Все они, будучи у себя дома или в гостях, так или иначе посетили Лондон образца 1868 года, но каждый из них всё равно увидел что-то такое и воспринял это так, как не воспринял никто, кроме него. Погружаясь в этот мир второй раз я для себя понял — я не познал Лондон так, как мог бы познать его. Часть игровых локаций прошла мимо меня, часть мелких деталей была мною упущена, а часть совсем не мелких вещей была мною просто проигнорирована. Пока я нёсся на стремительном локомотиве сюжетного прохождения, много всего, на что были потрачены колоссальные силы при создании игры, было просто проигнорировано. Это и большая трагедия, особенно если этап рефлексии не наступил, но при этом не менее большая и возможность узнать что-то новое и посмотреть на себя другими глазами.
Интерактивность игры с одной стороны даёт возможность чуть глубже прочувствовать на себе определённые вещи, будь то трудность при пересечении Темзы, по которой непрерывно плывут суда, везущие то богатых пассажиров, то дешёвое сырьё, которое впоследствии может стать или энергией и кучей отходов или чем-то уникальным и особенным, что впоследствии попадёт в руки коллекционеров и богачей иных видов. Или возможность почувствовать на себе величие и размер Таурского моста, красоту Лондона при осмотре его с крыши Биг-Бена. Однако какие-то детали и моменты будут недоступны взгляду лишь потому, что мозг начинает воспринимать «сэттинг» как данность — взгляд замыливается и что-то так и норовит выпасть из обозрения. Все те часов 6, которые я уже провёл за тем, как просто подходил к книге, открывал её на случайной странице и всматривался как мог в картины, привели меня к тому, что я чертовски плохо изучил эту игры и чертовски мало времени уделил созерцанию отдельных игровых локаций. Но, с другой стороны, подчас я ловил себя на мысли что то, что хотели донести до меня художники в конечном итоге было донесено до меня игрой, правда я просто не придавал этому значения. Жар плавильной печи внутри цеха; грязь, копоть и дым заводов; крайняя нищета и разруха соседствующая с богатством и изысканностью — всё это так или иначе я увидел, но совсем не уловил внутри себя, покуда носился по городу в поисках знатных особ — тех самых «красных шестов» Кроуфорда Старрика, на коих держался его режим управления всем городом.
Артбук открывается предисловием арт-директора Тьерра Дансеро и поэтапно показывает самые важные элементы игры. Джейкоб и Иви — рок-звёзды викторианской эпохи, чьи наряды больше выдумки художников и стилизация, нежели попытка создать костюм, который был бы копией того, как тогда одевались люди. И на страницах вполне можно найти эти эскизы и наброски, которые так и остались эскизами — ну не могли выглядеть таким образом ассасины. Капюшон, который стал впервые тёмным и шляпа, которая стала неизменным спутником Джейкоба — всё это не случайные решения, а результат поисков, которые и привели к созданию образов персонажей, за которыми приятно наблюдать. А чего только стоит вид всего оружия, которое так и хочется заиметь в своём арсенале. Мне, как любителю коллекционировать всякое, жаждалось это всякое собрать с не меньшей силой, чем художникам нравилось создавать эти уникальные кукри, трости со скрытыми клинками и зачаровывающие своей красотой пистолеты.
Следующее открытие артбука — это последовательность подачи материала. Сначала идут самые презентабельные районы города и через раскрытие его индустриальной сути и перехода к обычным работягам показываются картины быта бедных районов. Что в игре виделось как привычное — путь от самых низов к верхам, здесь в виду обратного движения дало куда как больший эмоциональный заряд в восприятии мира игры — после богатого бедное режет взгляд куда как сильнее.
Ребята из Книжного Клуба «Фантастика» сделали прекрасное дело, выпустив книгу «Мир игры Assassin’s Creed. Syndicate». После её прочтения мне вновь захотелось вернуться в игру, а для кого-то — именно она сможет стать причиной в неё пойти. Твёрдый переплёт, глянцевая бумага, пара двойных разворотов, сотни артов внутри — истинное наслаждение как для фаната, так и для человека «извне». Ну а приобрести книгу можно вот прямо по ссылке в магазине Ffan.ru.
Отдельное спасибо хочется сказать Книжному Клубу «Фантастика» и за то, что предоставили экземпляр на рецензирование.
